Кен Кизи: по следам Весёлых проказников

0

Зачастую отголосок, помноженный на тишину, далеко превосходит звук, его породивший.
Кен Кизи

Великий экспериментатор, психоделический идеолог, популяризатор ЛСД, смутьян, который приобрел статус врага государства… Таков, если не вдаваться в детальную прорисовку, будет портрет Кена Кизи, литературного гения эпохи хиппи и поколения битников, оказавшего несравнимое влияние на формирование этих движений и их культуру. Чтобы получить статус вечного бунтаря и пророка целого поколения Кизи, который рос и воспитывался в добропорядочной, набожной американской семье, оказалось достаточно написать один-единственный роман – «Над кукушкиным гнездом». Благодаря этому роману, включенному журналом «Тайм» в список 100 лучших англоязычных произведений всех времен, сын фермера из Колорадо стал «первым писателем, сумевшим примирить старых битников с наступающими хиппи». И те, и другие признали его своим. Боб Дилан считал, что без Кена он бы никогда не переменил своих взглядов на жизнь. Джими Хендрикс заявлял, что книга Кизи – единственное, что он смог дочитать до конца. «Кизи, – как писали о нем газеты, – заварил ту кашу, в которой зародились ферменты всех культурных явлений эпохи. От психоделической живописи до кислотно-роковых групп и танцевальных фестивалей в Сан-Франциско».

Кен Кизи, писатель-фермер, 1987 / photo by Robert Miller / The Portland Art Museum’s Online Collections

Побег из захолустья

В случае с Кеном Кизи биография является, если не решающей, то определяющей суть его феномена и сущность писателя как творческой единицы. Еще при жизни биографические сведения о Кизи обросли мифами и трансформировались в легенду, став основой нескольких романов и несчетного количества публикаций.

Кен родился и вырос в семье владельца маслобойни. Его детство протекало среди лесов и гор Орегона, куда семья переехала во времена Великой Депрессии. Возмужание среди дикой природы наполнило молодой организм изрядной порцией здоровья и выносливости. Они очень помогли Кизи в его «взрослой» жизни, все невероятные приключения которой он на тот момент и представить не мог. Маленький Кен так же, как и миллионы тинэйджеров из американской глубинки, работал на ферме, читал комиксы и занимался спортом – футболом, борьбой, боксом, бейсболом. И по собственным воспоминаниям, мечтал поскорее вырваться «из вонючего колорадского захолустья».

Вскоре такой случай представился. Сразу после окончания школы Кен сбежал из дома со своей одноклассницей Фэй Хэксби (впоследствии ставшей верной спутницей и матерью его детей). Интуитивно чувствуя тягу к литературе, Кен поступил на факультет журналистики Орегонского университета. За прилежное обучение он даже был награжден Национальной стипендией Вудро Уилсона и зачислен на курсы писательского мастерства в Стэнфордский университет. Занятия литературой сблизили его с обитателями Перри-лейн – одной из улиц в пригороде Сан-Франциско, которая слыла центром самой прогрессивной молодежи. Там жили писатели, поэты, художники – самая настоящая американская богема. Особенно сблизился он с молодым ученым-психиатром Виком Ловеллом, и уже после того как сам переехал с женой на Перри-лейн, он устроился работать к нему в госпиталь.

Это был, пожалуй, самый важный шаг в жизни молодого писателя, который развернул его жизнь на 360 градусов. Во-первых, в долгие часы ночных дежурств он беспрепятственно мог предаваться литературным трудам (описание жизни и быта больницы как раз и легли в основу романа «Над кукушкиным гнездом»). Во-вторых, работая в госпитале, он согласился на добровольное участие в государственных экспериментах по изменению сознания с помощью ЛСД, мескалина, псилоцибина и других галлюциногенов. По словам Кизи, психоделики подарили ему возможность «заглянуть внутрь людей», понять их чувства, страхи и амбиции. Кен активно занялся изучением новых возможностей, которые открывали чудо-препараты (в частности ЛСД), подключив к этому многих своих друзей и соседей.

Психоделические перформансы

Нельзя сказать, что после выхода книги Кизи проснулся знаменитым. Критика сдержанно его похвалила, и казалось, все на этом закончится. Но через год роман был адаптирован Дейлом Вассерманом для театральной постановки, и уже к 68-му только в Северной Америке сценическая версия романа была поставлена одновременно тремя с половиной тысячами профессиональных и самодеятельных трупп. В американской литературе ни до, ни после него никогда не было такого триумфального дебюта. Успех был в несколько раз преумножен, когда в 1975 году Милош Форман снял одноименный фильм, получивший 5 премий «Оскар», а также 28 других наград и 11 номинаций.

Надо смеяться над тем, что тебя мучит, иначе не сохранишь равновесия, иначе мир сведет тебя с ума…
На деньги, полученные от книги, Кизи купил дом в Ла-Хонде – глухом лесном городке в Калифорнии. Туда к нему приехали старые и новые друзья, чтобы вместе жить, веселиться и заниматься исследованиями своих внутренних миров с помощью ЛСД и других средств. Так возникла хипповская коммуна «Веселые проказники», которая объединила людей, решивших оторваться от общепризнанных представлений о том, как человек должен проживать свою жизнь, как мыслить и как чувствовать. Купив старый школьный автобус и назвав его Further («Далше»), «проказники» раскрасили его в яркие психоделические цвета и отправились в путешествие по Америке, которое виднейший публицист и историк ХХ века Жан Бодрийяр назовет «самым странным путешествием за всю историю человечества после похода за золотым руном аргонавтов и сорокадневного странствия Моисея по пустыне».

«Веселые проказники» прокатились в Нью-Йорк и обратно, по дороге устраивая концерты-хеппенинги с раздачей ЛСД всем желающим. Все это фиксировалось на кинопленку, из которой потом был сделан документальный фильм Acid Test (под «кислотным тестированием» подразумевалась серия вечеринок, в которых галюциногенный опыт синтезировался с музыкой, поэзией, живописью и световыми эффектами). Все эти действа стали первыми в истории беспримерными по своему сумасшествию психоделическими перформансами, которые закончились спустя несколько месяцев и были детально описаны Томом Вулфом в романе «Электропрохладительный кислотный тест».

К тому времени Кен Кизи приобрел статус врага государства. Его считали молодежным сподвижником и даже возможным негласным политическим лидером (главным образом из-за ошеломляющего размаха хиппи-движения). Государственные мужи не на шутку испугались. Ведь молодежь могла поднять бунт, а у Кизи была большая власть. Тогда ЛСД был объявлен в США вне закона и «Веселым проказникам» довелось перебраться в Мексику. По возвращении в США Кизи был арестован за хранение марихуаны и осужден на 5 месяцев.

Неизвестно, каким процедурам подвергался Кизи в тюрьме, но после выхода из нее система ценностей некогда отъявленного вольнодумца поменялась кардинально. После освобождения он вернулся на ферму в Плезант-хилл, доставшуюся от отца, где и провел остаток своей жизни, занимаясь сельским хозяйством, воспитанием детей и писательским ремеслом. Он зажил спокойной семейной жизнью, восстанавливая очаг, почти задутый порывистыми ветрами юностим, и умер в возрасте 66 лет после операции на печень.

Осколки мятежного духа

Если задуматься и без максималистски восторженного популизма рассмотреть фигуру Кена Кизи в контексте своего времени, то станет очевидным тот факт, что сам он во многом отличался от бунтующего поколения 60-х. Он вовсе не был типичным хиппи. Стоя практически у истоков молодежной революции, Кизи (особенно в последний период жизни) во многом оставался консерватором. Он вернулся в Орегон, женился на девушке, которую полюбил еще в школе и прожил с ней всю жизнь. Они вырастили четырех детей, стали фермерами. Кен отстранился от социальных и антивоенных движений. Ушел в тень.

При этом для американской словесности Кизи был и остается фигурой культовой. Культовой и скандально знаменитой. Он стал зеркалом, кристально чисто отражавшим все веяния наступившей эпохи – тревожной, конфликтной, противоречивой. Как будто сама эпоха избрала этого ничем на первый взгляд не примечательного молодого человека выразителем ее духа. С этой точки зрения утверждение автора, что роман «Над кукушкиным гнездом» целиком был «продиктован» ему, когда он находился в наркотическом трансе, обретает некий символизм с явным пророческим подтекстом.

Не случайно книгу Кизи называют «библией контркультуры», а самого писателя – психоделическим гуру с тьмой-тьмущей последователей, как в среде хиппи, так и в высших кругах литературного сообщества. Его стиль письма стал следствием его стиля жизни, проиллюстрировав, в частности, проницаемость границ между автором и художественным произведением, что не могло не повлиять на все уровни столь модных ныне постмодернистских течений.

  • На титульной фотографии: Кен Кизи рядом с «потомком» легендарного автобуса Further / photo by Jeff Barnard
  • Официальный сайт Кена Кизи, который ведёт его сын Зейн Кизи: key-z.com
album


Исполнитель: VA
Альбом: Magic Trip: Ken Kesey’s Search For A Kool Place (Original Motion Picture Soundtrack)
Лейбл: Omnivore Recordings
Дата релиза: 05 августа 2011

video

Трейлер фильма «Волшебное путешествие: Кен Кизи в поисках места вдохновения»

tags
Поделиться:

Оставить сообщение